Полезные ссылки

А ЛЮДИ ГДЕ?

Где экипаж?

Апрель не лучшее время для морских прогулок. Во всяком случае, в Южном полушарии, у северного побережья Австралии. Солнце слепит, небо безоблачно, но ветер… ветер! Он разгоняет волны, а Большой барьерный риф лишает их ритма, перемешивает, рвет и перемешивает вновь, будто винт гигантской мясорубки.

Апрель 2007 г. в этом отношении был самым обычным. В начале месяца погода была еще ничего, но к десятым числам набрал силу ветер, а за ним и волны. Скорость ветра достигала 30 узлов, при порывах зашкаливала за 45, и служба береговой охраны Куинсленда настоятельно рекомендовала всем малым парусным судам оставаться в маринах и не испытывать судьбу.

После уикенда, проведенного яхтсменами в унылом «береговом сидении», вроде бы распо-годилось. Яхты потянулись в море. А служба береговой охраны Куинсленда подняла в небо самолет, чтобы совершить контрольный облет акватории. 

Все обстояло штатно. Несколько парусников спокойно шли своими курсами. С ними связывались на дежурных частотах, запрашивали обстановку и желали доброго пути.

Только одна яхта молчала – белоснежный катамаран, тихим ходом идущий на юг. Не раз бывало, что связь установить не удавалось. Что-то с рацией, или, например, все яхтсмены изволят почивать, положившись на автопилот и GPS-навигатор.

Выглядел катамаран целехоньким. Пилот доложил руководству, что, мол, так и так, в 95 милях на северо-восток от Таунсвила наблюдает яхту, экипаж которой не отвечает на вызовы. Берег запросил, есть ли на яхте повреждения.

– Нет.

– Тогда возвращайтесь на базу.

На следующий день тот же пилот снова попытался связаться с катамараном, который за сутки продвинулся к северу на 15 миль, и снова неудачно. 

Самолет сделал круг, спустился пониже. И тут пилот увидел, что стаксель катамарана располосован почти сверху донизу. В дополнение к тому, что палуба катамарана оставалась безлюд-ной, это уже настораживало.

Последовал новый доклад:

– Берег! Берег!.. Вновь наблюдаю катамаран Kaz II…

На следующий день, в пятницу, 20 апреля 2007 года, рано утром, почти в полный штиль, катер береговой охраны подошел к дрейфующему катамарану. На обращения через мегафон реакции не последовало – палуба катамарана оставалась пуста. Начали готовить спасательную команду…

Поднявшись на борт катамарана, спасатели растерялись, и в этой растерянности была немалая толика испуга. Паруса подняты, пусть даже один и порван. Двигатель работает на холостом ходу. В каюте светится экран бортового компьютера, рядом – экран ноутбука. Блоки приемника GPS подмигивают светодиодами, весело перемигиваются лампочки радиостанции, готовой к работе. Везде образцовый порядок, все вещи на своих местах. Стол сервирован для обеда: тарелки, вилки…

Не было лишь команды.

Вечером того же дня представитель спасательной службы Куинсленда Джон Холл передал агрессивно любопытствующим журналистам имеющиеся в его распоряжении факты и попросил не делать скоропалительных выводов.

– Да, господа, это странно, согласен. Все на Kaz II выглядит так, будто судно только что покинули. При этом на борту остался полный комплект спасательного снаряжения: надувная лодка, три спасжилета, аварийный буй. Не требуйте объяснений, у меня их нет. Надеюсь, следствие установит истину.... – Джон Холл сделал паузу и закончил: – …и данное происшедшествие не станет повторением истории «Марии Селесты».

Никто из собравшихся на пресс-конференцию не стал уточнять у спасателя, что же такое случилось с «Марией Селестой» – все знали, о чем речь.

Продолжение читайте на страницах нашего журнала...