Полезные ссылки

ДЖОН КОЛДУЭЛЛ: Через океан по зову сердца

Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец. Слава безумцам, которые живут, как будто они бессмертны, – смерть иной раз отступает от них.
Евгений Шварц. Обыкновенное чудо

Текст СЕРГЕЯ БОРИСОВА

На самом краю

Мачта треснула. Если она рухнет, то разворотит палубу и окончательно добьет израненную яхту. Нужно рубить ванты, причем так, чтобы мачта упала за борт.

Сжав топорик, Колдуэлл ждал. Плавучий якорь помогал плохо, и «Язычник» то зарывался носом в волну, то поворачивался к ней боком. Вот бушприт повело влево. Волна наклонила яхту, и тогда Джон ударил. Ванта лопнула. Он ударил по другой ванте. Мачта повалилась под ветер.

Колдуэлл пополз вдоль рубки обратно в кокпит. В каюте было по щиколотку воды. До помпы не добраться, значит – ведро. Колдуэлл работал, пока не показался пол. Вдруг яхту развернуло кормой к волне. Вода хлынула через борт, и секунды спустя ее уже было по колено в каюте. «Язычник» накрыла вторая волна. Третья. И тут полузатопленная яхта стала приводиться к ветру.

Колдуэлл выплескивал воду в кокпит, и когда яхта скатывалась с волны, вода сливалась за борт через пролом в комингсе. Час проходил за часом. Колдуэлл не раздумывая выбрасывал все, что подворачивалось под руку. За борт летели одеяло, тарелки, банки с консервами, одежда, бочонки с водой – все, что мешало черпать и выплескивать, черпать и выплескивать. 

Наконец он довел уровень воды до недавно пугавших его 5–7 дюймов. Теперь это казалось едва ли не безопасной нормой. Джон бросил ведро и опустился на койку. Он ни о чем не думал и ни на что не надеялся. Двое суток он не ел, не пил, но больше всего ему хотелось спать. Пусть даже «Язычник» пойдет ко дну, он все равно будет спать, спать…

Он проспал сутки. Проснувшись, выбрался на палубу. Ему еще требовалось осознать, в это еще надо было поверить – в то, что он чувствует, видит, дышит. И пока смерть не пришла за ним, он будет бороться, потому что ему надо переплыть этот чертов океан и увидеть Мэри.

Уважительная причина

Что заставляет человека поднять паруса и в одиночку бросить вызов океану? Альфред Енсен, первым пересекший Атлантику, хотел таким образом отметить 100-летие Соединенных Штатов. Говард Блэкберн, беспалый моряк, хотел доказать, что даже человек с увечьями может выйти победителем в схватке с самым жестоким ураганом. Ален Жербо, переживший ужасы мировой войны, в море искал покоя и забвения. Кого-то из их последователей влекли острова южных морей. Кто-то, как Ален Бомбар, преследовал научные цели, а кто-то не ставил себе иных, кроме спортивных. Но ни до, ни после Джона Колдуэлла не было яхтсмена-одиночки, которого вела бы… любовь.

Будь фортуна чуть великодушней, Колдуэлл ни за что не пустился бы в эту авантюру. Но с судьбой не поспоришь, и уж если ей захочется сыграть в орлянку, она заставит тебя подбросить монету. Джон пытался найти другой способ попасть в Австралию, где его ждала Мэри, но ни пароходов, ни самолетов… «Подождите, – говорили ему, – все наладится». Но он не мог ждать. И рассказывал свою историю…

Когда США вступили в войну, недоучившийся студент Джон Колдуэлл явился на призывной пункт и попросился в авиацию. Медицинская комиссия, однако, обнаружила у него перфорацию барабанной перепонки, поэтому путь в авиацию был заказан, максимум, что ему светило – служба матросом на судах торгового флота.

За два года Колдуэлл дважды обошел вокруг света. В январе 1944 г., в Австралии, он вновь предстал перед медкомиссией, и на сей раз его «пустили» в авиацию, но не отправили учиться на пилота, а зачислили в аэродромную команду. Колдуэллу довелось послужить в Брисбене и Канберре… Там он попал на гауптвахту и целую неделю мыл полы под началом офицера из женского вспомогательного корпуса – голубоглазой и миловидной девушки.

Продолжение читайте на страницах нашего журнала...